Постправда сгущается. Вероятно, не случайно

В течение нескольких месяцев фиксирую очевидную тенденцию. В социальных сетях все чаще появляются явные фейки. Например: «Путину стало плохо на совещании, он потерял сознание», «Александр Шохин (председатель Российского союза промышленников и предпринимателей) арестован за поддержку Украины», «Патрушева-старшего (один из ближайших к Путину людей, член «коллегии») отравили синтетическим ядом», и в этом же духе. Эти тексты всегда подготовлены на русском, то есть их главная аудитория – россияне. Даже если тексты всплывают в украинском информационно поле, они ориентированы на россиян. Такие послания активно продвигают, что требует немалых средств. В моей ленте они появляются, хотя я не подписан ни на один из этих ресурсов. Иллюстрации к таким текстам не натуральные, часто нарисованы искусственным интеллектом. Как правило, первый же взгляд на эти новости вызывает реакцию: «Брехня!». Кто-то активно работает в формате постправды. Сознательно деформирует информационное пространство для того, чтобы размыть границу между правдой и враньем, чтобы большинство людей перестали верить тому, что они читают и видят.

Зачем и кто это делает? Цель – выиграть время именно тогда, когда оно будет критически важным. Большинство информационных «постправдовских» материалов посвящено Путину. Обычно это дезинформация о состоянии его здоровья. Люди привыкают к тому, что все это – вранье. Когда в публику прорвется правда, например, о смерти Путина, этому не поверят. Если не поверят, то не начнут немедленно действовать. А кто начнет? Те, кто будут знать правду. Это – одно из условий для перехода власти. Именно здесь находится ответ на второй вопрос – кто это делает. Группировка, которая знает ситуацию изнутри российского режима и понимает, что довольно скоро им может очень потребоваться такая массовая реакция, как «Брехня!». Для того, чтобы удержать власть.

Именно это – самое интересное и важное. Они начали деформировать информационное пространство, потому что знают и готовятся. Судя по темпам, они рассчитывают не более чем на один год. Но это очень приблизительная оценка.

Несмотря на все это, правда по-прежнему существует. На фото – действительно я.   

И еще. Я хорошо знаю, что такое конспирология, и не путаю ее с анализом проблемы.